Кошачьи истории. Глава II

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



our solemn hour

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Кто играет?
Пустельга -> Чернохват.
Событие, предыстория.
Изгнание Чернохвата из племени под предлогом убийства. На самом деле оно не было им совершено, но воителю не верят, потому он вынужден уйти. Оборачиваясь, он зовёт за собой Пустельгу, свою сестру-целительницу, полагая, что она одна ему верит, однако получает отказ.
Действия начинаются в тот момент, когда на поляну выносят тело убитого оруженосца.
Заканчивается всё последними угрозами Чернохвата.
Описание местности, погоды и времени.
Конец зимы; действие происходит в лагере племени Ветра; вечер.

0

2

  Within Temptation – Memories

“Я никогда не сомневалась в благородстве и милости Звёздном племени, послушно следовала их указаниям и всегда была честна перед ними и перед своим племенем, ведь в этом заключается долг целителя. И если такова их воля, я буду уповать на моих предков-воителей и молиться о том, чтобы мой брат смог дышать...” Пустельга подняла глаза на серебряный пояс, вглядываясь в бесконечные, тёмно-синие разводы-облака, осыпанные сравнимыми с веснушками серебряными звёздочками. Коты племени Ветра всегда располагались по ночам на поляне лагеря и не любили палаток, в которых так нравилось ютиться соседним племенам. Лишь холод заставлял обосновываться в пещерах между камнями, пока жестокий сезон Голых Деревьев не сменялся на тёплую и щедрую весну, когда перед тем, как раскрыть свой разум прекрасным снам, ветряные коты смотрели на небо и искали там свободы и поддержки. Недаром Ветер, располагающийся ближе всех к Лунному Камню, считался одним из самых верующих и надеющихся на помощь звёздных покровителей племенем.

Какая ирония! Сегодня небо было беззвучно: оно не закрыло восходящего месяц, не подняло сильный ветер, не подало знак своим детям. Молчало, не показывало своего лика, не хотело вмешиваться в то, что происходит сейчас здесь, на не освещённой тусклым лунном светом поляне. Почему Звёздное племя молчит? Лишь там — на западе, где садилось солнце, — всё окрасилось в бордовый цвет. Кровь? Кто посмел осрамить вечные небеса кровью?..

— Взгляните на меня, небесные воители! Я обращаюсь к вам! — грубо и тихо прорычала Пустельга. Её взгляд застыл на теле длинолапого оруженосца, его белая шесть, как и небо, окрасилась в цвет крови. Подождите, нет, это и есть кровь! Откуда, как она там оказалась? Её не должно быть, сейчас этот котишка поднимется и скажет, что всего лишь пошутил и специально, чтобы пошутить над своими соседями по палатке, измазался в ягодах. — Я нуждаюсь в вас...

“Почему мой голос дрожит?”

Соплеменники Пустельги грубо вытеснили её к краю поляны, не давая сказать и слова. Она слушала и не слышала ни брата, ни глашатая, ни предводителя. Неужели её считают предателем? Пустельга же ничего не сделала! Позвольте, позвольте ей защитить брата! Она не может верить в этот абсурд: он не мог, не мог! Чернохват не мог! Почему никто не заступится за него? Почему этот старший воин, которому она сегодня вытащила из лапу занозу, ничего не скажет? Почему эта королева, котёнка которой Пустельга спасла от Зелёного кашля, не может не обвинять её брата? Почему они все смотрят осуждающее то на неё, то на Чернохвата? Ведь они знают, он не мог! Не мог! Не мог!

Пустельга с надеждой в сердце обводила взглядом каждого, и каждый посчитал, что ему стоит отвести глаза.

Те, которых она лечила все эти луны, сказали, что не могут доверять Пустельге сегодня. Многие перешептывались, утверждая, что целительница, чей брат ложно обвиняется — он не виновен, нет! — может придумать многое. Например, знак Звёздного племени, который “случайно” она может углядеть в проталинках снега или услышать в крике совы. Почему те, ради которых она пожертвовала своей мечтой, не доверяют ей? Пустельга знает, Пустельга понимает, что знака нет и не будет, и она не станет придумывать его, навлекая на себя гнев серебряного пояса. Небесные воители не могут говорить сегодня с ней, и лишь душа болит от этого сильнее и сильнее.
С самого детства она защищала его, оберегала. Когда юный Черныш пытался сбежать из лагеря, Пустельга уговаривала мать не ругать его сильно. Когда Чернолап устроил потасовку на границе, кто убедил предводителя не запирать на целую луну дорого братца в лагере? Кто, как не Пустельга? Почему же сейчас с ней обошлись так грубо, будто она какой-то котёнок, а не целитель, который лечил их не один и не два сезона?

“...почему я не в силах спасти Чернохвата? Ведь я верю, я знаю, что он не виноват. Я никогда не просила, Звёздное племя, но позвольте спасти его сейчас! Чернохвата оговорили! Я верю! Верите ли вы ему, как верю ему я? Почему? Почему меня лишают того, кто так дорог мне? Я никогда бы не солгала о том, чего сама не знаю! Я никогда бы не придумала ложного знака от Звёздного племени, лишь бы спасти своего брата... но почему же вы, небесные предки, не явитесь и не покажитесь мне? Почему вы не в силах спасти моего брата? Почему вы укажите верный путь, по которому ветряные коты должны пойти? Вы позволите осудить невиновного?”

Пустельга подняла голову к небу: “Я нуждаюсь в вас.”

Отредактировано Пустельга (2013-06-06 14:27:44)

+2

3

«Что тут происходит?!»
Чернохват ничего не мог понять. Привыкший ощущать настроение своих соплеменников и остро чувствовать любую их негативную эмоцию, на данный момент его фактически загнали в угол. Разница была лишь в том, что данное действие происходило морально. Воитель племени Ветра действительно осознавал, что именно на него направлена агрессия всех, кто здесь собрался, но, даже собрав собственное хладнокровие в лапы, он не смог успокоиться и понять причину столь странного поведения товарищей по территории. Отовсюду, настолько позволял обзор, на него были устремлены чьи-то горящие глаза. Они не только тускло мерцали в вечерних сумерках, но и были наполнены целой палитрой различных эмоций, пусть среди них и не было ничего приятного. Презрение, порицание, гнев… От некоторых даже исходила очень плохо прикрытая ненависть. Создавалось недюжинное впечатление, что кот стоит перед врагами, но никак не перед теми, кого знает от рождения.
«Разразись громом небо, что же всё-таки случилось?!»
Вытолканный на край поляны, Чернохват вновь принялся дико озираться, словно лис, которого коты-воители пытаются вытолкать с территории. Лишь тогда ему удалось заметить, что не все взгляды обращены к нему. Была на поляне ещё одна, не менее заметная фигура, так и приковывающая внимание. Ею, собственно, был белый котик, на памяти Чернохвата совсем недавно посвящённый в оруженосцы. Поначалу ветряной воитель посчитал его спящим, но, сделав несколько шагов навстречу, он  заметил алое пятно на шее ученика. Только тогда Чернохват и осознал, что неестественная поза кота была отнюдь не признаком сна. Не оставалось никаких сомнений, что оруженосец мёртв и никогда больше он не сможет подняться с земли и открыть глаза. Вероятно, именно поэтому на него и смотрели, только на этот раз от соплеменников исходила некая жалость, смешанная с праведным гневом, но даже на фоне этого Чернохват отчаянно не осознавал свою причастность к происходящему. Он всего лишь вернулся с охоты, а уже успел стать центром сосредоточения всей злобы племени Ветра. По ушам резанул гулкий, больше напоминающий рык кошачий голос.
«Сестра?..»
Вновь вынужденный переводить взгляд, кот заметил невдалеке свою сестру, Пустельгу, которая выглядела чуть менее растерянной, нежели он сам. Разве что в отличии от Чернохвата, целительница уже более-менее поняла причину столь внезапного собрания, и лишь бессильно металась, взывая ко звёздным предкам. Её голос был непривычно грубым, что придавало ситуации некую траурность. Сейчас кошка казалась какой-то особенно маленькой и беззащитной, как оптимус прайм, будто и на неё окружающие смотрели волком. Призывая небо к себе на помощь, она выражала собственное бессилие. Порой её взгляд был направлен на брата и Чернохват каждый раз вздрагивал, замечая там немой вопрос. Слишком уж странным был этот взгляд, какие-то ненужные эмоции вызывал, и даже обычно собранный и замкнутый воитель Ветра не мог найти себе места на данный момент. Последовав примеру сестры, кот поднял глаза к звёздам, которые только-только начали появляться на небе и светили ещё не так ярко, как хотелось бы. Чернохват никогда не был религиозным, но сейчас ему как-то особенно нужна была поддержка. «Если вы меня слышите – ответьте Пустельге!»
Лишь после этого кот вновь обратил внимание на целительницу, глядя уже куда спокойнее и увереннее, словно в обычный день. «Я не знаю, что тут происходит! Ты ведь веришь мне, ты ведь знаешь, что я не виноват, правда?..»

+3

4

Пустельга пыталась не смотреть лишний раз на брата, но она чувствовала его пристальный, тяжелый взгляд на себе. Ей... ей было стыдно перед ним, потому что впервые она не могла выступить за него, поручиться в том, что Чернохват не виновен. Пустельгу не желали слушать сегодня. Она могла кричать, призывать к помощи небесным предкам, доказывая его невиновность, но всё это было бы тщетно. Какая жалость! Пустельга — целитель, который не может спасти собственного брата. Она слышала и не верила собственным ушам. Соплеменники, с которыми она провела всю свою жизнь, на глазах которых превратилась из смышлёного котёнка в целительницу, говорили, что это Чернохват убил этого оруженосца. Племя называет Чернохвата убийцей. Как они смеют? Ложь! Этого не может быть! Чернохват, да он бы не посмел сделать такую жалкую подлость: напасть на того, кто в несколько раз слабее его. Этот патруль врёт, они ничего не знают, они слепы и не могут видеть правды, что лежит у них перед носом! Он не мог, не мог! “Предатели! Звёздное племя, пошли на них самую страшную болезнь, пусть они знают о том, что ложь — самое гадкое, что можно было от них ожидать.”

Почувствовал, как её грубо пихнули в бок и даже не извинились, Пустельга повернула голову к своему обидчику. Это оказалась долговязая тёмно-бурая кошка, которая, казалось, настолько была заинтересована происходящим, что могла растолкать всех соплеменников, лишь бы оказаться ближе к предводителю. Пустельга фыркнула, отворачиваясь от этой мышеголовой кошки.

— Неужели ты могла своему брату кокнуть этого ученика?

— Я накормлю тебя смерть-ягодами, если ты не заткнёшься, — глухо прорычала Пустельга, наклонившись к уху воительницы. Сейчас целительнице было уж совсем наплевать на то, что говорить стоит, а что лучше оставить в себе. Угрозы ли это, обещающие скорую смерть, или какие-либо хвалебные слова: это всё звучит однообразно, если нет возможности помочь брату.

Глаза Пустельги были обращены на этот никчёмный патруль, а именно на того, кто стоят во главе безмозглых, ни на что не годных котов. Пустельге не пришлось даже открывать рот, её полный ненавистью и недоверия взгляд говорил за неё: “Трус и предатель!”. Она заметила, как племя вдруг замерло и замолчало, и сама невольно напряглась всем телом. Даже дыхание остановилось, когда Пустельга встретилась с туманным взглядом светло-зелёных очей Чернохвата и поняла, что он совсем, совсем ничего не осознаёт. Пустельге лишь стоило взглянуть на брата, которого знает лучше, чем всё племя вместе взятое, и понять: он не убивал. Она знает это вопреки тому, что говорят другие. “Звёздное племя, почему?.. Что сделал мой брат, что вы обрушили на него гнев и презрение племени Ветра? Он не виноват. Вы знаете это. Я прошу вас о помощи, но почему вы глухи ко мне?..”

— Чернохват должен покинуть территорию племени Ветра. Навсегда.

Бросившись к Чернохвату, она ткнулась носом ему в шею, пытаясь этим жестом хоть как-то успокоить брата, но осознавала, что это, по сути, ничего не значит. “Всё хорошо, я здесь, с тобой, рядом. Мы справимся, никто не может выгнать брата целительницы, ведь так? Слава Звёздному племени, они не убили тебя! Ты будешь жить, Чернохват, будешь! Это главное...”

Отредактировано Пустельга (2013-06-06 14:24:43)

+2

5

Всё происходящее довольно быстро потеряло значение. Вокруг было слишком много всего, притом речь даже не о материальных объектах. Случившееся, определённо, было чем-то из ряда вон выходящим. Чернохват не понимал, почему окружающие обвиняют именно его. Он ведь правда ни в чём не виноват, он просто не мог этого сделать. Раньше кот всегда считал, что соплеменники прекрасно знают его характер и тот факт, что он ни за что не пойдёт на убийство соплеменника, тем более такого. Белый оруженосец был ещё слабым, ведь только начавшие воинское обучение котята особо уязвимы и их даже не берут в пограничные патрули, где велик риск стычки. Такого ученика убить слишком легко, особенно для воителя, уже не одну луну носящего такое звание. Для Чернохвата эти факты были очевидны, но у него не было даже повода губить жизнь оруженосцу, который мог бы стать хорошим воином. Кот часто слышал истории на Советах Племён или же украдкой произнесённые рассказы о том, как когда-то давно, когда не было на свете даже их предводителя, некоторые шли на убийство ради высокой должности или же, напротив, чтобы помешать её занять конкуренту. Чернохвату была противна эта мысль, однако между вышеупомянутым случаем, когда были задействованы взрослые, прошедшие через многие битвы, коты и нынешним, когда пострадал невинный оруженосец, была колоссальная разница. Даже с циничной точки зрения, смерть ученика была не очень-то и выгодна кому-либо…
Единственный логичный вывод – его подставили. И опять же воин Ветра чуть растерялся, вопреки своему твёрдому характеру, потому что представить подобного рода мысль было каким-то чудовищным, непривычным действием, которое отвергало даже само сердце воителя, выросшего в лесу и с самого детства верящего в честь и справедливость окружающих. Разумеется, это действо, в таком случае, должно было быть совершено его собственными соплеменниками. Теми, с кем он провёл бок о бок всю жизнь, с кем сражался плечом к плечу и кому доверял. Да, несмотря на свою замкнутость и нежелание вести долгие беседы даже с такими личностями, Чернохват действительно верил им. Будучи моралистом, он немного идеализировал собственное племя, полагая, что оно лучше остальных. Что коты, населяющие эту территорию, действительно готовы бороться за правду, как сказывали порой королевы в своих легендах. Что же воитель Ветра видел сейчас? Лишь то, что он ошибался. Сейчас, находясь на поляне, которая играла немаловажную роль в его жизни и, будучи обвиняемым, Чернохват даже не имел представлений о том, кто же мог его так подставить, а главное – за что. Даже вглядываясь в разношёртную толпу, представшую вокруг него, он не мог уцепиться ни за единую догадку. В горящих глазах соплеменников всё также ютились злоба и порицание, но не было ни единой искорки, выдающей стыд или иное чувство вины. Хотя, признаться, мысль о том, что его враг так скоро откроется, была слишком уж неоправданно наивной. Чернохват знал это, как никто другой.
Краем глаза воитель Ветра заметил тёмно-бурую кошку, толкнувшую её сестру. Немного переведя внимание на неё, он услышал обрывок её фразы, который, к сожалению, не нёс в себе ничего утешительного для самого кота. Опасение, что большая часть соплеменников просто уверена в его вине, лишь подтвердилась, а сделать с этим уже ничего нельзя было. Сколько бы Чернохват не кричал, надрывая горло, ему уже не поверят. Ситуация казалась просто безвыходной.
В следующий момент в ушах эхом отдались слова предводителя племени Ветра, вновь заставляя вспомнить о том, что злобными взглядами окружающих  дело не ограничится. Рассматривать произошедшее, собственно, никто и не стал. Разумеется, кому нужны оправдания того, кто в лице остальных не заслуживал даже права голоса, кто был настолько потерянной для общества личностью, что пошёл на убийство невинного оруженосца? Кот понял, что взывать к племени бесполезно. Фактически, они уже не считают его, Чернохвата, частью своего коллектива. Только что смело называющий себя воином Ветра кот в один миг лишился всего – друзей, дома, доверия, и теперь может называть себя лишь одиночкой. За его спиной были чужие, не желающие знать его коты.
Чернохват вновь поднял голову, глядя на звёзды. Сейчас их было уже значительно больше, чем в прошлый раз, да и сверкали чуть ярче. Как кот, что провёл всю свою жизнь на территории племени, он сразу же прокрутил в голове не одну сказку и легенду о звёздных воителях, обитающих на небе. Когда-то давно, когда умерла его сестра, Пушинка, мама рассказывала Чернышу и Пустельге о том, что она теперь среди звёзд и будет всегда наблюдать за ними. Сам кот не знал, правда ли это, ведь доказать никак не мог, а спросить у другой сестры так и не решился, а со временем и вовсе забыл. Было легче верить, что Пушинка действительно видит их, нежели задать вопрос и уничтожить этот красивый самообман. Однако и сейчас, как и когда-то давно, звёзды молчали. На небе не появлялось туч, заслонявших луну, и ни единый знак не выдавал того, что на поляне происходит что-то неправильное. Герои легенд королев оставались безмолвными. «Кажется, я перестаю в вас верить.»
Только теперь Чернохват повернулся к Пустельге, своей сестре, единственной, кто несмотря ни на что верила ему и поддерживала даже в такой ситуации. Он знал, насколько сложным был для неё этот момент изгнания. Целительница защищала своего брата в детстве, подбадривала его и во время воинского обучения и после. Так было всегда. А сейчас ставший одиночкой кот даже и не знал, что будет дальше. Опустив голову, он лишь задал один-единственный вопрос, который его мучил:
- Ты пойдёшь со мной, Пустельга?

+3

6

— Прости, — отстранилась Пустельга, опуская взгляд на чёрную землю у себя под лапами. Чернохват уже давно не котёнок, он должен понимать, что есть вещи, которые даже его сестра изменить не в силах. Она не в силах изменить приговор предводителя, оживить безымянного оруженосца, спасти Чернохвата. И, тем более, у ней нет сил, возможности и мужественности, дабы уйти с ним. Пустельга не может сбежать, не может бросить всё; племя Ветра нуждается в ней, как нуждалось всегда, все эти луны. Даже если соплеменники считают Чернохвата убийцей, не хотят слушать и слышать того, что им говорят... Она должна остаться с ними, ведь Звёздное племя бы никогда не позволило Пустельге бросить ветряных котов. Хах, Звёздное племя. Где же оно сейчас? Почему оно немощно, когда проявляют беззаконие? Неужели оно не слышит того, что сейчас творится под небесами? Это неинтересно им? Да как они смеют так поступать!

Это происходило во второй раз. Во второй раз Пустельга выбирала племя, а не брата. Первый раз произошёл тогда, когда она согласилась стать целительцей. Второй сегодня, прямо сейчас. Достоин ли Чернохват этого? Нет, он не должен был узнать то, что он никогда не был на первом месте в её жизни. Между их отношениями всегда стояло Звёздное племя, и каждый по-своему, но всегда понимал это. У Пустельги никогда не было и не будет иного выбора. С тех пор, как на подстилке из мягких перьев в последний раз вздрогнуло тело маленькой Пушинки, она не имела права сворачивать с намеченного пути. Что касалось выбора: был ли он? Существует долг. И целители должны нести этот долг, за что им уготовано особое место в рядах звёздных воителей. Но кому нужно это место сейчас? Никому, никому, никому. Легче смириться с тем, что ничего изменить нельзя, ведь это даётся без лишних страданий и долгих раздумий. Легче всё принять как должное, чем бороться. Опустить лапы и не пытаться переиначить то, что изменить не под силу: приговор предводителя, ложь патруля. Да всё то, что произошло на поляне.

Казалось бы невозможным то, что кто-то может столько сезонов жить одной лишь верой в высшие силы, которые приглядывают за живыми откуда-то из пустоты. Та пустота, где трава всегда молода, дичь никогда не кончается, где ручьи не замерзают, а тёплый ветерок приглаживает сиреневый вереск, называется угодьями Звёздного племени. Возможно ли растоптать, разорвать веру в то, что это место существует? Это складывалось  из крупинок, составляя единый, нерушимый образ, вырванный из бесконечных снов. Если сравнить этот образ с лесом, то сегодня наступила осень — листья деревьев пожелтели, помялись. На них же похожа вера в небесных предков — она тоже имеет жёлтый цвет, а на вид выглядит помятой. Когда-то давно она даже была молодой и зелёной;  выращенная любовью и мудростью, вера росла и крепла, пуская свои нежные корни глубоко в душу. Но, как и любое другое растение, вера медленно затухает, чтобы дать жизнь чему-то новому.

Однажды сделав выбор, Пустельга не решится изменить его. И свой выбор она сделала давно, когда согласилась стать ученицей целителя. Ещё тогда, за много лун до сегодняшнего мгновения, она дала ответ на вопрос Чернохвата: она не оставит соплеменников в трудный час. Пустельге было плевать, что всё племя Ветра ожидало от неё совершенно другого ответа; коты ждали того, что она  оставит свой пост и уйдёт в неизвестность с братом. Если Пустельга сейчас покинет племя с Чернохватом, у них не будет даже возможности вытащить занозу из лапы. Или они боятся её? Боятся того, что однажды она подсунет им всем смерть-ягоды, дабы они сдохли? Племя хорошо знает её, раз в их горящих глазах горит не только ненависть к бывшему соплеменнику, но и просьба о том, чтобы Пустельга осталась. Все понимают, что она — единственная целительница в лагере.

С болью можно жить. Со временем к ней привыкаешь и принимаешь как что-то должное. Однажды и этот вечер станет чем-то далёким и неинтересным, а потом и вовсе превратится в серую дымку воспоминаний. Чернохват всё-таки жив, они могут время от времени видеться на границах, в этом же нет ничего противозаконного? Может, в итоге предатели признаются в собственной лжи и всё вернётся на круги своя? Может, когда-нибудь всё будет так же, как было утром? Зная Чернохвата, Пустельга не хотела думать о том, что ей никогда не вымолить прощения у столь славного кота. Где-то в глубине души она понимала, что сейчас, как только Чернохват выйдет за порог лагеря, она не сможет снова назвать его своим братом. Он не простит — она знала это — но Чернохват должен понимать, что иного выбора у Пустельги нет. Она не может бросить тех, кто нуждается в ней, как в целительнице. Родственные узы не в силах перевесить это бремя, лишь только время может показать, правилен ли выбор. Не стоит сомневаться, если бы Пустельга могла, она бы ушла с Чернохватом и носила бы вместе с ним имя предателя и убийцы. Пустельга желала этого всем сердцем, но разум говорил ей, что прежде всего она — лекарь, а потом уже сестра или кто-то другой.

И даже если вера в Звёздное племя пошатнулась сегодня, а единственный дорогой ей кот покинул племя, Пустельга выполнит свой целительский долг.

+2

7

Одним ёмким и достаточно коротким словом Пустельга разрушила всё. Порвалась последняя нить, соединяющая его со здравым рассудком, разрушился единственный выживший мостик,  который сохранял связь с племенем и тем, что было дорого. Чернохват всё понял. По одному взгляду и взмаху хвоста кот научился за множество лун определять всё то, что хочет высказать ему сестра. Он доподлинно мог почувствовать, когда она пытается что-либо скрыть или недосказать. Целительница не была сложной натурой, чью ложь трудно было раскусить, хотя на памяти бывшего воителя Ветра не было случаев, когда бы она врала ему. Наверное, это довольно странно, но суть не в этом. Даже не произнеси Пустельга своё тихое извинение, Чернохват бы по одним жестам догадался, что ныне звучит отказ. Жёсткий и категоричный, не оставляющий выбора. Не было смысла повторять вопрос, не было желания высказывать на счёт сестры что-либо ещё. Кот знал, что она понимает. Осознаёт всё куда лучше его самого, а выбор её более чем осмысленный. Чернохват надеялся всем сердцем на то, что сможет уйти с сестрой. Вдвоём они бы определённо выжили, даже несмотря на то, что Пустельга имеет столь поверхностные умения в бою и по части охоты. Он, бывший воин Ветра, смог бы наверстать за неё эти способности. Произнося вопрос, Чернохват чётко был уверен в том, что справился бы со всем, что они с сестрой бы смогли жить также, как и прежде. В чётком возложении ответственности на свои плечи кот был уверен куда больше, чем в том, что Пустельга согласится.
Звёздное племя… Какое же оно всё-таки? Уже все звёзды появились на небосводе, но в этом никакого толку не было. Серебряный пояс был безмолвен, он оставил тех, кто в нём нуждался. Сверкающие точки были глухи и слепы ко всему происходящему на поляне. Ни одной тучи не появилось на небе с тех пор, как началось это бесчестное собрание, да и вряд ли они уже будут. В конце концов, это всего лишь звёзды. Такой же источник света, как и солнце, не больше. Почему же Пустельга так верила в них?..
Чернохват знал, что на данный момент сестра вновь склонилась к своему священному Звёздному племени. Как и когда-то давно, выбор пал не на него, родного брата, а на кучку мёртвых котов, появляющихся во сне. Даже там Чернохват их никогда не видел, потому и сомневался извечно – то ли целители действительно обладают чем-то вещим и необычным, что позволяет видеть умерших, или же это всего лишь галлюцинация, плод их воображения и не больше. Однако в его размышлениях никогда не было смысла – Пустельга верила в них, боялась остаться без их внимания и покровительства. Потерять смысл, избранный практически в детстве и выражающийся в целительстве – самое худшее, что могло произойти с его сестрой. Она никогда не рассказывала о собственных страхах, но это всегда чувствовалось по тому, с каким трепетом кошка относилась к звёздным предкам. Правда теперь уже вообще нет никакой разницы – самому Чернохвату закрыт доступ к звёздам.
- А небо хочет упасть. – глухо, практически не своим голосом произнёс бывший воитель Ветра. Слова давались ему с большим трудом – ссутулившись и по-прежнему сидя на поляне, кот выглядел абсолютно сломленным и подавленным.  После произнесённой фразы из его уст следом вылетел нервный смешок – единственное, что выдавало его истинное настроение, которое вряд ли могло бы войти в какие-либо определённые рамки. Голову Чернохват опустил, а глаза его были чуть прикрыты. Даже открой он их полностью, вряд ли что-либо увидел бы. Зрение стало бесполезным, как и всё остальное. Ему больше незачем было жить. – Звёзды мертвы. Я больше в них не верю.
Интонация кота не выдавала никаких эмоций. Хриплый голос был одинаково монотонным, словно кот просто простыл и в таком состоянии пытался что-либо произнести. Он говорил это всё лишь для себя, словно повторение усвоенного за день урока. Болезненного, необычайно жестокого урока. Лишь после этого Чернохват встал, не дожидаясь, когда ставший чужим отряд автоботов попытается силой вывести его из лагеря. Задержись он ещё на некоторое время – так и случится, потому что терпеть присутствие убийцы, предавшего воинский закон лесные коты не умели и не желали. Большинство из них было не меньшими моралистами, нежели он сам, только правда у них была своя, особенная, ровно как и справедливость. Хотя, как бы то ни было, это было явно не на пользу бывшего воина Ветра. Сгорбившись, Чернохват дошёл до выхода из лагеря. Разумеется, он знал его местонахождение как никто другой и не нуждался в излишних указаниях. Только будучи уже совсем близко, кот вновь обернулся. Но не поднял он уже глаза на небо, которое ныне всем сердцем ненавидел, а снова повернулся к предавшей его сестре:
- Помолись мертвецам, чтобы следующая встреча не стала для тебя последней.

+2

8

Отыгрыш окончен

0