Кошачьи истории. Глава II

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



hate everyone

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Кто играет? Камышовый - Чернохват
Событие, предыстория.
Банальная встреча на границе, которая так или иначе может произойти с любыми двумя котами. Даже если один из них - одиночка, изгнанный из племени Ветра, а другой - чопорный Речной воитель, им не о чем поговорить, но явно есть о чём подумать, в глубине души презирая друг друга.
Описание местности, погоды и времени.
Середина сезона Юных Листьев, довольно тепло. Вечер.

0

2

Сомнений не оставалось - день не задался, Камышовый чувствовал это всем своим физическим и духовным существом. И даже сейчас, отрешённый от всех насущных проблем собственного племени, в полном одиночестве и комфорте, серый чувствовал какую-то нагнетающую обстановку, давление. Создавалось впечатление, что чья-то огромная невидимая лапа начинает легонько придавливать его к земле, стараясь размазать и оставить лишь кровавое пятно. Пятнышко, если сравнивать с размахом территории котов-воителей. Точку, если сравнивать с размерами всего мира. Воителя передёрнуло - не очень-то он любил представлять себе такие вещи, вгоняющие его в ужас и подобострастный трепет перед могуществом природы.
Что могло твориться в душе кота, внешний облик которого обычно сравним только с камнем, а язык острее и беспощаднее осоки, что растёт по берегам реки? Ненависть, жажда справедливости... жажда любви, как ни странно. Серый никогда не признался бы в этом даже родной сестре, а ведь с ней он всегда честен. Он стыдился своих слабостей, всю жизнь старался затолкать их подальше, через глотку и глубже, глубже, на самое дно своей душонки. И затолкал. От глаз обывателей они были скрыты, но никак ни от него самого. Чувство неполноценности и холода гложило кота. Но ещё больше его угнетало то, что угрызения собственного рассудка мешают ему быть хладнокровным и рассудительным, сохранять спокойствие и принимать только лишь верные решения.
Над его головой внезапно пролетела небольшая птица, мгновенно смазав всего его мысли в порошок и рассеяв по ветру, словно пыль.
- Мышиный помёт, - выругался Камышовый, недовольно глядя вслед улетающей пташке. Возможно, она и стала его спасением сегодня, потому как, сбитый со своих мыслей, воитель не мог продолжать грызть себя изнутри. "А, чёрт его", - подумал он, оглядывая местность вокруг себя. Погруженный в свои мысли, Камышовый не заметил, как добрался до дальнего угла Речных угодий. Здесь территория граничила с владениями Грозового племени, но совсем недалеко находились и дома Двуногих, а за ними и нейтральные земли - места обитания одиночек и домашних кисок. Речной воитель хмыкнул: "Тех, кто не способен жить по законам. По одиночке выжить трудно. Странно, что они не образовали ещё какого-нибудь племени."
Глубоко вдохнув вечерний воздух, серый лёг на землю. Ему не хотелось, чтобы сейчас кто-нибудь видел его - поникшего и усталого, готового на любые жертвы, лишь бы только не быть собой. Нетрудно догадаться, что причиной таких мыслей была обыкновенная зависть соплеменникам, да и котам соседних племён. Все они заводили семьи, рожали котят, были счастливы и веселы. Все - конечно, утрированное мнение, но многие. "Счастливые слишком уязвимы. У них есть, что отнять, у них есть слабости. Они теряют контроль, когда нужно следовать разуму, а не чувствам. Чем-то приходится жертвовать..." Кот вздохнул. Он не мог понять одного -  с чего это ему думалось, что именно он, обычный воитель, должен принимать на себя груз одиночества и беспристрастия? И почему он сам обрекает себя на эту участь?

+1

3

Вечер. Ничем не отличающийся от ряда других, прошедших за последнее время. С тех пор, как Чернохвату пришлось покинуть племя, всё в округе для него потеряло смысл. Серые будни сменяли друг друга, не принося ничего хорошего. Плохого, по правде, тоже не было, но как-то не радовала мысль о том, что когда-то жизнь была лучше. Когда всё хорошо, в голову не лезут случайные мысли. Мало кто задумывается о том, что всё имеющееся на данный момент можно столь резко и внезапно потерять по чужой вине. Его изгнали из племени, даже не выслушав. Чернохват не мог даже сообщить им о том, что оруженосец был убит не его лапами. Ему верила лишь сестра, Пустельга, хотя в этом тоже не много толку. В конце концов даже она предала его и оставила жить без всего, что он так ценил…
Кот споткнулся. Лишь после этого мысли чуть отступили, возвращая Чернохвата на землю. Как бы то ни было, желудок от размышлений сыт не будет, потому полагалось бы его чем-то набить, прежде чем в очередной раз искать кров, защищённый от дождя. Осадков не было, но одиночка почему-то был уверен, что стоит ему открыть спину, как капли прольются с неба, прогоняя его с открытого убежища, выбранного для сна в эту ночь. Вероятно, его презирает сама природа, именно поэтому ему так не повезло. Тот день отпечатался в памяти открытой раной, так и не заживающей со временем, но вытягивающей сил. Даже еда не радовала, пусть это и не повод от неё отказываться.
Небо темнело, а закат догорал где-то на горизонте. Котам не помеха смена суток, многие даже предпочитают охотиться именно ночью, а вот полёвки словно попрятались. Не было привычного шелеста травы, извещающего о том, что ещё одна потенциальная жертва для чьего-то желудка высунулась из своей норки и сейчас с упоением грызёт зерно. Нет, всё было тихо, потому Чернохват и поднял взгляд на деревья. Успех был определённо скрыт там, пусть и весьма сомнительный. На дереве тёмным пятном, различимым даже при столь тусклом освещении, выделялось воронье гнездо. Криво посаженное на ветке и безобразное, собранное из каких-то наполовину гнилых веток и тряпья, подобранного с территории Двуногих, оно не было привлекательной мишенью, но какой-никакой, а всё же корм. Заметив на земле одну из обитательниц гнезда, явно спустившуюся с той же целью, с которой пришёл сюда Чернохват, а именно – наполнить брюхо, кот резко пригнулся. Охотничьи навыки не стирались со временем, а изгнание не наложило свой отпечаток в этой отрасли – кот по-прежнему охотился всем на зависть, не желая питаться отбросами Двуногих или воровать у домашних кисок корм, что было бы даже легче охоты. Моралист раньше, он оставался таким же и сейчас. Аккуратно крадучись, Чернохват оказался на совсем уж близком расстоянии от вороны, но в последний момент совершил ошибку. Под его задней лапой хрупнула сухая и тонкая ветка, выдавая его присутствие. Одиночка прыгнул в последний момент, но поймал лишь единственное чёрное перо с хвоста вороны. Правда, подняв голову, кот обнаружил, что пером дело не завершится, ведь, как оказалось, в гнезде была ещё одна чёрная птица. Объединившись с потерявшей хвостовое перо птицей, они в наглую налетели на Чернохвата, хлопая крыльями. Кот не боялся их, но когда клюв в силой задел его шею, тратить время на философские мысли как-то не хотелось. Оттолкнувшись задними лапами от земли, кот сделал широкий прыжок, после чего чуть отбежал от злополучного гнезда. Целее будет.
Правда он совсем не заметил, как приблизился к границе. Нет, не своей бывшей, навевающей тоскливые воспоминания, а границе с Речным племенем. Нейтральные земли тут переходили в их территорию и то там, то тут чувствовался запах пограничных меток. А совсем рядом, в тени, словно издеваясь, находился отчётливый серый силуэт.

Отредактировано Чернохват (2013-06-10 19:39:28)

+1

4

Мысли Камышового уже уносили воина куда-то вдаль, в пропасть собственного сознания. Он почти задремал, когда вдруг услышал звук мягких шагов. Пришедший остался бы незамеченным, если бы не поразительная тишина, которая сегодня стояла вокруг. Она была настолько всеобъемлющей, что, казалось, даже пение птиц тонуло в ней, шорох листвы и травы растворялись без следа. Камышовый вскочил с места, пытаясь отряхнуть приставшие к шерсти травинки и пыль - он, под влиянием своего неадекватного состояния, уже было решил, что Грозовой патруль решил проверить свои дальние границы. "Идиот, ты бы ещё заснул прямо на границе. Вот уж патруль не упустил бы возможности надрать тебе задницу ещё раз, повинуясь откликам прошедшей битвы. Интересно, что бы ты сказал тогда предводителю, вернувшись побитым и исцарапанным? Хотя, конечно, если бы дело пошло так, то какая бы прекрасная возможность появилась бы подставить Грозовых на Совете... О чём я? Эти моральные ангелочки не стали бы нападать на спящего." Довольный и вернувшийся в своё обычное состояние недоверия и едкости, Камышовый вдруг вспомнил, что так и не разглядел неожиданного гостя.
Но через пару мгновений, принюхавшись, серый с разочарованием отметил, что запах не принадлежал Грозовому племени. Он был ему незнаком, а значит, прибывший - одиночка или домашний. Второе маловероятно, ведь изнеженные киски редко выходят из своих домов, когда ночь спускается на лес - инстинкты самосохранения дают о себе знать. "Одиночка? Но что он делает здесь? Ладно, сделаю вид, что я дозорный."
Решительно приблизившись к границе, Камышовый внимательнее вгляделся в сгущающиеся сумерки. Кот, светло-бурого окраса с виднеющимися полосами. Бока кота вздымались чуть чаще, чем обычно - значит, он не вышел прогуляться, а только что преодолевал расстояние достаточно быстро, а возможно, и охотился. В любом случае, Камышовый принял свой каменно-ледяной вид и голосом, чётко выражающим холодное намерение разорвать любого осмелившегося сунуться на речную территорию, спросил:
- Кто здесь?
Это был скорее ритуал, нежели действительный интерес к персоне встречного. Камышовый понимал, что ответь ему одиночка, то через несколько минут он забудет и его имя, и историю, если таковая имеется и если до неё дойдёт дело. Впрочем, выслушивать чужие рассказы у полосатого точно не было настроения, а потому, сразу после условного вопроса, он перевёл скучающий взгляд на темнеющее небо, тем самым показывая безразличие к последующим словам незнакомца. Что мог чувствовать Камышовый по отношению к бурому коту? Ничего тёплого, но и ничего особо ненавистного. Многие его сверстники мечтали иногда о свободе одиночки, о предоставленной самому себе судьбе, о выборе... Камышовому всегда была неясна мотивация таких желаний: Воинский устав не был обременяющим элементом, он скорее регулировал отношения в лесу. Серый уже не был горячим юнцом, которому любое урезание личностной свободы и размаха капризов, кажутся чудовищными испытаниями и несправедливостью. Он понимал, что одиночки - всего-то пешки в истории, о них не складываю легенд, потому что сам по себе кот не представляет никакой ценности. Одиночки обречены на существование для самого себя, а это верх эгоцентризма. Убей одинокого кота - и никто не вспомнит о его существовании. Конечно, случались и исключения, но большинство этих бродяг просто были слишком горды, чтобы признать своё поражение и начать жить по законам воителей.

+2

5

Когда Чернохват приблизился, то понял, что перед ним находится самый обычный воитель Речного племени. Такой же, как и все остальные, невзрачный и серый даже в прямом смысле этого слова. Видимо, отвлёкся и чуть не задремал прямо на границе, так и не дойдя до лагеря, но это не страшно. Он был один, в сопровождении племенного кота не было патруля, и даже от земли не исходил тонкий, обычно довольно легко различаемый запах недавнего присутствия кого-то другого. Что делал речной воин у границы? Чернохват не знал этого, да и интересоваться как-то не желал.  В конце концов, одиночка не боялся этого незнакомца, ведь даже поводов нападать у того не было. Чернохват на данный момент оставался для всех обычным одиночкой, его шерсть утратила привычный запах племени Ветра, а узнать его по внешнему виду смогли бы разве что соплеменники – кот не часто появлялся на Совете племён, а если и был, то особой разговорчивостью не отличался. Такой же невзрачный и серый, как этот горе-дозорный. Правда, не цветом шерсти, а уже душой. Кстати говоря, речной воитель, вероятно, действительно хотел казаться дозорным, пусть и выходило это весьма посредственно. Чернохват понимал, что этот кот – лишь случайный прохожий, фактически встретивший его посреди пути. Задремавший кот не таил в себе потенциальную опасность, да и вряд ли к тому стремился. Лишь задал вопрос, озвученный каким-то на редкость беспристрастным, но стальным голосом.
- Можешь считать, что никто.
Действительно, кем является Чернохват? Именно что никем. Одиночка – понятие слишком абстрактное, чтобы выражать им всю суть той или иной личности. Обычно так называют тех, кто мало конфликтует с воителями и ведёт осёдлый образ жизни. Для племенных котов он, бывший воин Ветра, не значит уже ровно ничего, пустоту. Даже не факт, что воители Ветра обратят на него внимания чуть больше, чем на обыкновенного странника, внезапно появившегося на границе, и испытают что-то более весомое, нежели презрение. В конце концов, изгнанный всегда в проигрыше, что бы не произошло. Тогда почему же сам Чернохват испытывает к племенным презрение?..
Вероятно, потому, что те стали мыслить слишком плоско, полагаясь лишь на великий воинский закон, который отнимает у них всех право мыслить свободно. Вероятно, потому, что они сами не желали выходить за рамки предоставленного. Но, так или иначе… Чернохват презирал их всех, включая этого случайно встретившегося рыбомордного. Он-то уйдёт, вновь отступит в поисках ночлега, но это не имеет значения. Между ними нет боя, и ни одна сторона не может проиграть. Это всего лишь нелепое противостояние двух образов жизни.

+1

6

- Можешь считать, что никто.
Камышовый хмыкнул, взглянув на одиночку со смесью презрения и снисхождения. Бурый вёл себя спокойно, явно не собираясь нарушать покой территории Речных котов. Он даже не отреагировал на решительный тон серого, а значит, беспокоиться не о чем - границы так же непоколебимы и нерушимы, как и пару минут назад. Оценив ситуацию повторно и ещё раз оглядев пришельца с головы до ног, воитель решил, что более этот разговор - пара небрежных фраз - не несёт никакой смысловой нагрузки.
Не желая более обременять себя присутствием незнакомца, воитель развернулся и направился в сторону, противоположную расположению границы, а именно - в лагерь своего племени. На сегодня терзаний было достаточно: пора приниматься за бытовые дела. Можно сказать, что Камышовый даже испытал чувство благодарности к бурому коту за то, что тот отвлёк его от дурных мыслей, продуктивных настолько же, насколько малый котёнок в битве.
Расстояние от границы было уже достаточно большим, чтобы можно было сменить быстрые шаги на спокойные и несколько обдумать произошедшую встречу. Каковы были её итоги? Во-первых, Камышовый убедился в том, что не ошибся с выбором жизненного пути. Можно не быть в прекрасных отношениях со всеми соплеменниками, не радоваться с ними каждому дню и даже совсем не общаться с большей их частью, но пока ты соблюдаешь Устав - ты воин, один из славных котов-воителей. Сила племени велика, будь верен чести и оно постоит за тебя. А ежели ты одинок и живёшь среди отбросов? Кто защитит тебя, если враг будет сильнее и проворнее? Никто. Все, кто живут за территориями лесных угодий и есть никто. Просто сгустки шерсти, мяса и костей. За ними не стоит законов, и законы эти не заступятся за них в трудных ситуациях. Во-вторых, серый закрепился в верности Воинскому уставу. Ранее он как-то не относился к этому серьёзно, но сегодня что-то изменилось в нём. Возможно, яркий пример отщепенца, противостоящего естественным законам и оставшегося один на один с суровой судьбою, ещё шире распахнул его глаза на окружающий мир и его закономерности.
Внезапное желание поделиться всем с сестрой захватило его. Он любил делиться с ней тем, что открывал для себя периодически. Конечно, трудно было сказать, насколько интересны ей были его идеи, но, в любом случае, она единственная, кому Камышовый мог рассказать об этом. Возможно, постоянно стискиваемый своими страхами и принципами, он накапливал за день слишком много слов и эмоций, а потому вечерами или ночами выплёскивал всё это на сестру. Она всегда слушала его с оживлёнными глазами, интересом, тенью улыбки, но что истинно творилось в её голове? Сестра никогда не была особенно умной, а потому более думала о всевозможной ерунде (на взгляд Камышового) - о сплетнях, о романтических похождениях котов как Речного, так и остальных племён. Иногда она даже пыталась рассказывать об этом серому, надеясь, наверное, на ответное терпение к её интересам. И полосатый слушал, вернее, старался слушать.
С этими мыслями он удалялся всё далее и далее, пока его силуэт стал уже совсем невиден с границы.

+1

7

Дальше разговор не продолжился. Чернохват не услышал от незнакомца ни малейшего слова, выражающего отношение того к происходящему. Речной кот лишь хмыкнул, словно ставя внушительную точку в столь нелепом диалоге. Действительно, какой смысл был у этих двух фраз, практически бессвязных? Наверняка его и не было изначально, а сказаны эти слова были в пустоту. Чернохват не был уверен в том, что воитель рассчитывал получить ответ от столь бесполезного вопроса в своё время. Вероятно, вышеупомянутый вообще задал его лишь для того, чтобы быть чуть более уверенным в себе, а может, просто таким образом попытался продемонстрировать своё местонахождение и предупредить одиночку. В любом случае, это ничем не обернулось, и дальше второй реплики разговор не задался. Чернохват не жалел об этом – в конце концов, он не был фанатом задушевных и трогательных разговоров на границе, тем более с какими-то подозрительно спокойными, если вообще не спящими, котами.
Одиночка увидел, что его не слишком-то разговорчивый спутник на сей момент и вовсе уклоняется от всяческого контактирования, попросту уходя – как в моральном, так и физическом плане. Видать воитель реально считал их совсем уж короткий диалог завершённым, а дальше развивать его не видел смысла, да и просто находиться на границе не считал нужным. Чернохват знал, его будь он, одиночка, одним из Грозового племени, речной кот вряд ли ушёл бы так быстро, явно испытывая стыд за дрёму в столь неподходящем месте. Воители Грозы были пунктуальными с виду и так просто бы не сообщили серому воителю о него позорной оплошности, но на совете ему лучше бы не появляться в таком случае. Соперники его племени не злые, но довольно памятливые и с лап эту случайность Сумрачному племени бы не спустили. Чернохват находил это весьма весёлым, пусть и его на данный момент не касалось ни одно племя. Он был совершенно далёк от каждого из них, притом, увы, в равной степени. Ранее, вероятно, он об этом бы жалел, а ныне его голова была свободна от этих мыслей. Несмотря на это, одиночка был далёк от равнодушия. Он желал чего угодно – мести, напоминании о себе бывшим соплеменникам, а ныне всего лишь котами племени Ветра, но никак не желал оставлять дело плыть по течению. Когда-то у него было племя, друзья под боком и сестра, всегда готовая поддержать и заступиться, но кот потерял всё без исключения и действительно не подходил на роль «кого-то».
Каково это, быть никем? Обычно если кто и задумывается над этим вопросом, то явно без чистого намерения познать это на своём примере. Никто – полная противоположность личности. Котов-воителей ценят, ведь каждый из них был на счету у племени и любой мог внести свой вклад в его развитие. Предводители, да и просто рядовые коты неустанно радовались пополнению, а королевы были счастливы от такого внимания, которое они никогда не считали избыточным. Рождение котят – радость для племени, а в Грозовом иногда находили приют одиночки, которые оставались в основном составе, доказывая пригодность. Когда-то таким же образом радовались и ему, Чернохвату, а сейчас он оказался никому не нужным и совершенно одиноким, как и подобает его званию. Однако несмотря ни на что, он не считал себя в проигрыше. Он распоряжался сам собой и теперь никто не мог его остановить на пути к той или иной цели. У него нет предводителя и глашатая, ему не запретят исполнять свои планы, а значит… Многое, несомненно, ещё будет. Пока у Чернохвата остаётся последние стремления, поднимающие его из бездны отчаяния, он будет жить. Жить ради того, чтобы осуществить их и доказать, как же сильно ошибалось его бывшее племя.
Одиночка развернулся и побрёл прочь от границы, так и не обернувшись.

0